Квартиры на честном слове

Дагестанцы, купившие апартаменты в новом доме в подмосковной деревне Картмазово, могут остаться без квартир и без денег. Суд постановил снести дом, а застройщик уехал в Украину.

Дом был возведен в 2014 году, его застройщик – дагестанец Абакар Абакаров.

23 августа 2017 г. Щербинский райсуд Москвы признал здание самовольной постройкой и постановил его снести. Иск департамента городского имущества Москвы был адресован Максиму Бесшапошному – владельцу участка, на котором построен дом. Абакаров распоряжался участком по доверенности.

По словам жительницы Махачкалы Аминат Магомедовой (имя и фамилия изменены. – Ред.), купившей квартиру в злополучном доме, предварительный договор о купле-продаже есть только у нее.

Другие покупатели (всего в здании девять квартир) обошлись устной договоренностью с застройщиком. Апартаменты приобретали родственники и знакомые Абакарова, говорит она, «поэтому они на многое закрывают глаза и не обращаются в правоохранительные органы».

Как рассказывает Аминат, в декабре 2014 года она обратилась к земляку Абакарову, зная, что он занимается строительством в российской столице. Он предложил ей квартиру в своем строящемся доме в Картмазово – деревня расположена недалеко от трассы, ведущей в аэропорт Внуково.

«Абакар уверял, что дом почти завершен, оставалось закончить мелкие работы и получить ‘зелёнку’, – продолжает Магомедова. – Документы на дом, утверждал он, вот-вот должны были быть готовы».

Аминат и Абакаров сошлись на сделке в 3 млн 700 тысяч рублей, заверив предварительный договор о купле-продаже у нотариуса. С документами застройщик затягивал.

«Мы у него интересовались, почему до сих пор нет документов? – вспоминает женщина. – Он отвечал, что процесс идет, но чиновники на местах тормозят дело. При этом Абакар предложил не ждать, а сделать небольшой ремонт. Мы его сделали. Но у нас руки опустились, когда от одного из покупателей случайно узнали, что есть решение о сносе».

К возможному сносу по решению суда прибавилась еще одна проблема – владелец земельного участка грозится самостоятельно снести дом и продать участок.

«Бесшапошный сейчас позиционирует себя как жертву, которого тоже обманул Абакаров, – возмущается собеседница ‘Кавказ.Реалии’. – И это, несмотря на то, что в предварительном договоре значится, что он дал право Абакарову действовать от его имени».

У Аминат нет понимания, кто ей вернет деньги и ответит за потраченные нервы: «Не знаю, что происходит с нашим домом».

К слову, в предварительном договоре, который есть в распоряжении «Кавказ.Реалии», Абакаров от имени Бесшапошного обязуется вернуть Магомедовой деньги в двойном размере, если не сдержит слово.

Абакаров три года назад уехал в Украину, где открыл два детских сада и школу, работающие, как отмечается, по нормам шариата.

В сентябрьском интервью «Кавказ.Реалии» мужчина заявлял, что «недопустимо немусульманину обучать мусульман». «На каждом уроке возможно противостояние мировоззрений: исламского и материалистического, атеистического, – объяснял он. – И только учитель-мусульманин может правильно разъяснить. Например, о том, что прямая конечна не потому, что математика как наука это обосновала, а потому, что бесконечность – это атрибут Аллаха и принадлежит только ему».

Максим Бесшапошный в телефонном разговоре с корреспондентом «Кавказ.Реалии» подчеркнул, что не давал доверенности Абакарову и предположил, что она поддельная.

«Я не знаю насчет выхода из ситуации. По-моему, там ничего нельзя изменить. Если предпишут снести, то придется сносить. С Абакаровым не общаюсь, т.к. он заварил эту кашу», – отмахнулся собеседник.

Сам Абакаров уверяет, что предпринимает попытки получить документы на дом, но пока безрезультатно.

«Весь бизнес в России подвязан на коррупционные схемы, этот дом – не исключение, – настаивает он. – Что касается строительства без разрешения, то хочу сказать, что это реалии российской коррупционной индустрии строительства. Ведь неспроста разработали закон о дачной амнистии, этот закон – одна из схем получения документов на подобные дома».

По его словам, его ошибка в том, что «в России заниматься бизнесом и общественно-политической деятельностью чревато последствиями». «Думаю, уже скоро многое изменится, и я восстановлю свое имя, – рассчитывает он. – А участок, на котором построен дом, никогда не принадлежал Бесшапошному, а в силу дружеских отношений оформлен на него».

Оцените статью
Добавить комментарий