Воры в законе и АУЕ: оправдана ли борьба государства против криминального мира?

Верховный суд Дагестана рассматривает два уголовных дела о занятии высшей должности в преступной иерархии. Эта статья появилась в Уголовном кодексе в апреле 2019 года. Кавказ.Реалии поговорили с адвокатами из Махачкалы о целесообразности так называемой «воровской статьи» и усилении контроля за распространением идей криминального мира.

«Воры в законе» Зиявудин Абдулхаликов по прозвищу Зява Махачкалинский и Шамиль Магомедов, известный как Смолянский, были задержаны в сентябре 2019 года. Они обвиняются в том, что в августе 2019 года организовали в Дербентском районе сходку. На ней был назначен «смотрящий», который должен был контролировать соблюдение криминальных традиций.

Воровской статус Абдулхаликов, как выяснило следствие, получил в 1990 году в Москве при участии Аслана Усояна (криминальный авторитет Дед Хасан, убитый в 2013 году). Дела воров рассматриваются отдельно, оба вину не признают.

Во время судебного заседания адвокат Абдулхаликова Константин Мудунов задавался вопросом, как его подзащитный мог управлять криминальной средой 30 лет и не быть изобличенным правоохранительными органами. Он озвучил версию, согласно которой Абдулхаликов и Магомедов содействовали полиции внедрить своего «смотрящего» (для полиции) в группировку, занимающуюся распространением наркотиков. Они, по версии адвоката, информировали сотрудника отдела по борьбе с организованной преступностью уголовного розыска, с которым сотрудничали, что распространение наркотиков «крышуется» правоохранительными органами, которые будут мешать.

«По всей видимости разоблачение крышующих сотрудников кому-то не понравилось», — предположил Мудунов во время судебного заседания.

В разговоре с Кавказ.Реалиями Мудунов рассказал, что правоохранительные органы не захотели вести реальную борьбу с наркотиками, поэтому решили посадить тех, кто им согласился помочь: «А вы думаете почему с этим никто не может бороться? Это же все знают. Мелкую рыбку ловят, а самых главных они не трогают. Поэтому безрезультатно изображают борьбу с распространением наркотиков, а на самом деле, наоборот, прикрывают».

По его мнению, «воровскую статью» в УК внесли в чьих-то интересах, а правоохранительные органы «понятия не имеют что с этим делать».

В деле его подзащитного, как подчеркнул адвокат, нет точных формулировок. Например, не ясно, в чем именно заключалось преступное действие Абдулхаликова, что такое «преступная иерархия», из каких элементов она состоит, о каких «преступных традициях» идёт речь в уголовном деле, каковы «воровские традиции», на какой идеологии они основаны.

Мудунов полагает, что сейчас государство ведет борьбу с прошлым, которого уже нет, так как «воры в законе» уже не те, что были раньше: «Традиции воров в законе советского времени — это зеркальное отражение политики того времени. Сегодня другая страна, сегодня вообще нет идеологии никакой. Они начали борьбу с прошлым и этим прикрывают современные состояния. Вот в чем опасность. Если раньше традиции держались в определенных рамках, что позволяло правоохранительным органам вести свою работу успешно, то сегодня произошло смешение криминала с властью и правоохранительными органами. Это сам телевизор нам показывает. В таком случае как они вообще могут бороться с преступностью?».

Введение «воровской статьи», наряду с недавним признанием арестантского движения АУЕ экстремистской организацией, ложится в канву государственно политики по борьбе с преступностью, считает адвокат Сергей Квасов. Саму статью собеседник считает сырой и требующей доработок, но убежден, что она оправдана.

«Там речь идет об организованной преступности. Не о том, что Магомед у Ахмеда украл телефон. Там идет речь о структурных преступных подразделениях. Государство с ними борется и это было всегда просто сейчас это подается под другим соусом. Я думаю, что и дальше законодательство будет ужесточаться», — сказал адвокат.

  • Справка: Движение АУЕ было признано экстремистской организацией по решению Верховного суда России от 17 августа. Аббревиатура АУЕ — это девиз криминальной субкультуры, означающий в разных вариациях «арестантский уклад един», «арестантское уголовное единство». Иск на АУЕ подала Генрокуратура. Суд установил, что АУЕ является «хорошо структурированной и управляемой организацией — молодежным движением экстремистской направленности».

Квасов говорит, что поддерживает ужесточение законодательства и признание АУЕ экстремистской организацией. Хотя в Дагестане, по его словам, это не так актуально, как в центральной части России и за Уралом, где воспитательных колоний для несовершеннолетних намного больше.

«Дети вместо того, чтобы перевоспитываться, оказываются в таком преступном университете, где у них оставшиеся мозги выворачиваются наизнанку, поэтому с этим надо бороться. Эта субкультура возникла для того, чтобы воспитывать подрастающее преступное поколение. Никто из вменяемых людей не хочет, чтобы его ребёнок окунулся в эту субкультуру и занимался преступлениями. За такими движениями стоят кукловоды. Когда малолетки подняли бунт в колонии, покалечили друг друга, покалечили охрану, потом их покалечил спецназ. Вы хотите человека, который это организовал, увещевать и изюмом кормить? Это не дяде Васе залезли в огород и вишню обобрали и съели. Такую субкультуру надо искоренять, организаторов надо привлекать, а малолеток по возможности надо содержать отдельно в каких-то новых организациях, потому что воспитательные колонии, к сожалению, не оправдывают своего назначения», — пояснил свою позицию Квасов.

Адвокат Шамиль Магомедов считает признание АУЕ экстремистской организацией «бредом», так как это движение не является организацией или юридическим лицом, чтобы привлекать к ответственности её участников. Так же скептически он относится и к «воровской статье»: «Доказать сам факт занятия должности в иерархии в преступном мире практически нереально. Сейчас это происходит по делу Зявы. А запрет АУЕ — ещё похлеще, потому что можно будет привлекать абсолютно любого человека. Например, если человек напишет слово «‎АУЕ», где-то употребит это слово, его можно будет посадить, вменив ему, что он сторонник этого движения. Я думаю, правоохранительные органы будут этим злоупотреблять, как они обычно делают в подобных ситуациях».

Оцените статью
Добавить комментарий